Забавно, что именно этим простым словом обычно обозначают сделанное человеком в одной из сложнейших областей деятельности – в науке.
Слава судьбе, здесь мне тоже есть что вспомнить.
МИКРОЭЛЕКТРОНИКА
Демобилизовавшись из армии в 1970-м, по совету школьного друга я устроился на работу к гению. Гений заведовал отделом микроэлектроники в Физико-техническом институте АН УзССР, ему как раз был нужен инженер-электронщик, способный придумать и собрать схему управления матрицей из принципиально новых фотодиодов. Звали гения Эммануил Ильич Адирович, он недавно приехал в Ташкент, потому что здесь ему пообещали неограниченные ресурсы для реализации открытия, которое он сделал в Москве на бумаге, в теории.
Из этого открытия произошли впоследствии чипы, на которых мир делает сейчас цветные фотографии, а также мониторы компьютеров, гигантские экраны телевизоров и малые дисплеи смартфонов, так что по справедливости советский академик Адирович должен был получить Нобелевскую премию. Но он еврей, а годы семидесятые, и вместо одной буржуазной Нобелевки Эммануил Ильич был удостоен целых двух дипломов социалистической ВДНХ. На том закончилась его удивительная жизнь, о чём я как-нибудь расскажу особо.
А пока почитайте эту статью. Увлекательно, кто понимает формулы и схемы. Остальных прошу обратить внимание на краткость списка ссылок в конце статьи. Первые ростки колоссального древа знаний и технологий.
Можете прочесть и справку, выданную ИИ по моему запросу о наградах гения.
ГЕЛИОТЕХНИКА
В 1974 году меня пригласили в Отдельное конструкторское бюро того же института, и с этого времени началась моя работа над гелиотехническими устройствами разного рода. Естественным образом она привела меня в грандиозный по тем временам проект по созданию в Узбекистане конкурента французской Большой Солнечной Печи в Пиренеях, в городке Одейо.
Узбекский конкурент должен был быть воздвигнут тоже в горах, в городке Паркент. Советский Союз включил в задачу добрый десяток своих оборонных предприятий, по всей стране. Координацию работ поручили Физико-Техническому институту АН УзССР, который занимался гелиотехникой давно. Под новую задачу здесь созлали отдел гелиотехнического приборостроения. Меня назначили его руководителем.
Вот что создал СССР за несколько лет. За 50 миллионов тогдашних рублей.
Одной из целей проекта было — превзойти французский прототип по характеристикам, важнейшим для технологии сверхтугоплавких материалов, то есть для оборонки прежде всего. А это — сконцентрированная мощность и температура в зоне фокуса. Добиться этого, не увеличивая и без того гигантских размеров параболоида, можно было только улучшением оптических характеристик зеркал и повышением точности слежения гелиостатов за перемещением Солнца по небосклону. И мы это сделали. Правда, только в проекте, придумав множество усовершенствований. Одних только специальных изобретений в проекте «Солнце» зарегистрировано десятка два, не говоря об инженерных и технологических решениях.
К сожалению, годы завершения создания объекта пришлись на экономический спад в СССР, а самые ответственные и сложные операции велись уже в условиях перестройки, развала государства и, соответственно, разрыва связей с специалистами в почтовых ящиках. Да и сами эти ящики закрывались один за другим. Не до «Солнца»…